863

Хотел как лучше, а оказался на нарах

Уже почти два месяца Александр Москалев — бывший глава администрации Балашовского района Саратовской области — находится в колонии-поселении. За то, что… обеспечил жильем бездомных врачей.

Но, оказалось, нарушил закон. Корреспонденту «МН» удалось пообщаться с бывшим главой района.

ХОТЬ РЕЖЬ МЕНЯ – НЕТУ…

— Проблем в малых городах много, — начал наш собеседник, разводя руками. — Одна из них — нехватка персонала в бюджетных учреждениях, ситуация, можно сказать, катастрофическая.

Например, скажем, в 2013-м, пять лет назад, когда я занял пост главы района, в наших медучреждениях штат был укомплектован лишь наполовину. Особенно остро требовались медработники: онкологи, акушеры, педиатр…

Главврачи районных больниц, можно сказать, били в набат: надо привлекать квалифицированные кадры! А чем привлекать?! Зарплаты маленькие. «Хотя бы давать людям жилье!» — предлагали выход главврачи. Я им говорил: «Хоть режьте меня — нет такой возможности!» В ответ слышал: «Так найдите, вы же глава…»

Новое жилье нынче недешево. Балашовский район — дотационный. На квадратные метры для врачей средств нет. И не только для них. Для детей-сирот и других социально незащищенных граждан — тоже. Замкнутый круг…

— Я ломал голову не один месяц, как быть? Казалось, придумал, — продолжает Александр. — В городе и районе имелось несколько пустующих помещений. Например, станция юных техников, где когда-то располагались кружки и занимались дети.

Станция эта закрылась задолго до моего назначения. А помещение осталось. С выбитыми стеклами, отвалившейся штукатуркой. Или, к примеру, телефонный переговорный пункт, тоже бывший, — без газа, света, санусловий…

Брошенные квадратные метры… Но находились они на балансе администрации, а значит, приходилось выплачивать средства за отопление, делать отчисления в фонд капитального ремонта — все это из средств бюджета, и без того скудного. И таких помещений, как бы лишних, нашлось несколько. Я подумал: чем они стоят без дела, может, отдать врачам, пусть делают ремонт, приватизируют и живут? И всем вроде бы хорошо: медиков привлекут жильем, а с районного бюджета снимется часть расходов за неработающие площади.

Посовещался со специалистами районного комитета по имуществу, юристами. Они сказали, что процедура возможна. Сами медики были счастливы получить даже разбитые квадратные метры, без умывальников и санузлов… Зато свое!

— Мы, образно говоря, предоставляли стены. Люди своими руками ремонтировали. За неимением лучшего, понимая, что вряд ли получат другое жилье, соглашались и на такое, — говорит Москалев.

— В Балашове запустили слух, якобы эти нежилые помещения получали с вашей помощью какие-то высокопоставленные персоны.

— Не знаю, кто запустил эту «утку», но это клевета! Квадратные метры получили онколог, акушер, терапевт, сотрудник службы санэпидемстанции и так далее. Мною предоставлены все доказательства в суд на этот счет. Люди, получившие жилье, выступали в суде. Суд видел и мог оценить, что это были сотрудники медицинской сферы.

ГОТОВЫ БЫЛИ СТЕНЫ ЦЕЛОВАТЬ

Акушер-гинеколог Наталья Узорская — одна из тех, кто получил служебное жилье в той самой бывшей станции юных техников.

Женщина рассказала нам о себе: родилась тут же, в Балашове, окончила мединститут, вышла замуж. Устроилась работать в местный роддом — ее взяли, что называется, с руками-ногами, специалистов-то не хватает! Но жить негде: у родителей условия скромные. Снимали с мужем квадратные метры, отдавая за них чуть ли не треть семейного дохода.

— Когда нам дали помещение станции юных техников, мы были готовы — не поверите! — стены целовать, — рассказала «МН» Наталья. — Да, условия, мягко говоря, были те еще. Мы ремонтировали сами, как могли. И заселились. Это было счастье. А потом… меня вызвали в прокуратуру, сообщили, что жилье нам дали не по закону.

И был суд. Судили Москалева по статье 286 УК «Превышение должностных полномочий». Притом что врачи, уже проживавшие в бывших нежилых, а теперь приватизированных помещениях, в суде подтвердили: взяток Москалеву не платили, никаких личных выгод он не имел.

— Не понимаю, за что его наказали, — недоумевает и гинеколог Узорская.

— На судебном заседании судья спросил меня: «Почему вы не пытались продать нежилые помещения, а на вырученные деньги приобрести квартиры для врачей?» Да потому что нет желающих покупать разбитые стены, если и купят, то за копейки, на которые нормальные жилые квадратные метры приобрести просто нереально! — снова разводит руками бывший глава.

— Пока шло следствие, проверили мои доходы и уровень жизни, что называется, вдоль и поперек, — добавляет Москалев. — Выяснили, что живу в обычной трешке, старый дом 1967 года постройки. 25-летний сын живет отдельно, причем снимает однокомнатную квартиру. Есть машина 2008 года выпуска. Никаких заграничных счетов и денег в офшорах ни у меня, ни у жены нет. Мы довольно скромные люди. В 1993 году я окончил Балашовский пединститут, получил специальность учителя математики, информатики и вычислительной техники. Работал в колледже-лицее преподавателем, а позже директором. Почетный работник системы начального профессионального образования. Портрет висел на Доске почета района. Жена и сейчас в колледже преподает.

На вопрос, зачем пошел в депутаты районного собрания, а затем руководить администрацией пять лет назад, наш собеседник отвечает невесело: «Пользу хотел приносить…» Добавляет, что понимает, безусловно, надо бороться с коррупцией. Но… «Вы разберитесь же сначала, кто коррупционер, а кто под жернова попал, как я…»

Любопытно, что, назначив Александру 2,5 года колонии-поселения, суд не запретил ему впоследствии занимать руководящие должности. То есть выйдя из тюрьмы, он сможет снова претендовать на пост главы.

Но, говорит, не станет — «буду держаться подальше от всей этой кухни, наелся, будь здоров…» Сейчас стоит вопрос — отнимут ли у балашовских врачей то самое жилье, бывшее нежилое, но ими отремонтированное.

— Если квадратные метры отнимут, думаю, вновь оказавшиеся бездомными специалисты махнут рукой и уедут из района. И это будет самое печальное, — резюмировал наш собеседник.

— Наверное, могут отнять, — дрогнул голос у Натальи Узорской. — Что делать, я не знаю.

МНЕНИЕ ЭКСПЕРТОВ

Сергей Алферов, независимый правозащитник, общественный деятель, кандидат юридических наук:

— Я думаю, Александр Москалев руководствовался исключительно благими намерениями. Однако нужно понимать, что следует соблюдать законы, установленные государством, и незнание порядка отчуждения муниципального (государственного) имущества не освобождает от ответственности. Что и произошло в данном случае.

Непонятно, где была юридическая служба администрации, почему допустили нарушение. Суд квалифицировал поступок Москалева как превышение полномочий. Приговор относительно мягкий, так как не было личной выгоды осужденного. Велика возможность освободиться по УДО (условно-досрочно).

 

Денис Калашников, адвокат по уголовным делам правового центра «Человек и закон», осуществлял защиту А. Москалева в суде:

— Москалеву удалось решить жилищный вопрос девяти семей. Люди поверили в то, что можно работать, получив за это хоть какую-то крышу над головой. Увы, истории девяти счастливых семей превратились в девять эпизодов по уголовному делу. Экспертиза, проведенная следствием, проходила, мягко говоря, некорректно. Специалисты даже не выезжали на место.

Вот так, желая сделать добро для других (установлено, что ни одной копейки наш подзащитный в свой карман не положил), можно угодить в тюрьму.

2 мысли о “Хотел как лучше, а оказался на нарах”

  1. А ПОЧЕМУ ЩЕРБАКОВА В СТОРОНЕ ОСТАЛАСЬ?? ВЕДЬ НЕ ОН ОДИН ПРИНИМАЛ РЕШЕНИЕ!

  2. А она типа не при делах же! Хоть и рулила всей администрацией и районом.

Добавить комментарий